Дом в маяке

ФоторепортажБывшая швейная фабрика «Маяк» на Нижневолжской

Строительство начато в 1911 году и закончено в 1914-м — в этом же году в марте умер заказчик Сергей Рукавишников, а в июле началась Первая мировая война. Тогда же начались разговоры об эвакуации в готовый промышленный цех военно-обмундировочной мастерской из Варшавы, что в 1915 году и произошло. Помещение тогда принадлежало наследникам Сергея Рукавишникова, и фабрика до революции неформально носила его имя. Старые названия, напоминавшие о неместных буржуазных владельцах, повсюду заменялись на новые. Сначала мастерская стала Швейной фабрикой № 1 в 1921 году как самая крупная и важная, затем с 1922 года называлась фабрикой имени Красной армии и флота. Швейные предприятия объединялись в тресты и переформировывались, и к 1964 году слились в производственное объединение «Маяк» на базе этой швейной фабрики и еще нескольких мастерских. Это первое индустриальное швейное производство в Нижнем Новгороде.

Сначала на фабрике шили военную одежду, как и в Варшаве, — и в Первую мировую, и для Красной армии требовались портянки, суконные рубахи, утиральники и постельное белье, шили даже одеяла. В начале 1920-х к производству привлекались заключенные концлагерей. С 1923 года, по моде на промышленную одежду, добавился ассортимент рабочих костюмов для водопроводчиков, горняков и других работников тяжелой промышленности. С 1927 года добавились «гражданские» модели, и за фабрикой закрепилось первенство в производстве пальто, курток и верхней женской одежды.

Что и как шили на «Маяке»? Художественный совет в 1960-е отмечал, что при раскрое экономили ткани даже на складках — шили не по моделям, а по принципам рационализаторства. Модельеры жаловались, что не могли предвидеть, какую ткань пришлют из Москвы, и их фасоны не всегда подходили под имеющийся материал. Главшвейсбыт не участвовал в дискуссиях об эстетике, и получалось, что кроилась одежда вовсе не для покупательского спроса. Впрочем, других пальто достать было невозможно, и за фасонами «Маяка» тоже выстраивалась очередь. Фабричная швея не могла позволить себе надеть пальто, которое сшила сама, — только на общих правах, через магазин и запись по номеркам, кто за кем стоит. Художники-модельеры старались соблюдать стиль, но им мешали пятилетние планы выпуска продукции, которой вечно не хватало, фасоны утверждались заранее и редко менялись. Типичная советская мода на пятилетку.

Здание хорошо сохранилось, керамическая плитка на фасаде оказалась очень нетребовательной к ремонту. Однако на нем давно висят горизонтальные решетки на случай того, если лепные детали будут осыпаться. Перепланировок почти не было, внутри можно увидеть своды Манье (оригинальный тип перекрытия начала ХХ века. — Прим. авт.), на полу осталась оригинальная шестигранная плитка фирмы Villeroy & Boch. Сохранился даже лифт, предназначенный, видимо, для подъема посетителей, а использовавшийся как грузовой.

В 2015 году производство было остановлено, после того как на складах скопилось слишком много товаров, не выдерживающих конкуренции с китайскими. Рабочие чуть-чуть не успели отметить столетний юбилей. Два года здание пустовало, и в конце 2017-го начались разговоры о создании здесь арт-кластера. Здание передано из федеральной собственности в областную. Врио губернатора Глеб Никитин уже дал поручение минкульту Нижегородской области «проработать данный вопрос», то есть, видимо, придумать программу создания арт-кластера и концепцию проекта.

The Village побывал на бывшей фабрике и запечатлел ушедшую эпоху советской швейной промышленности.

Дом с маяком

Мы хотим познакомить вас с теми, кто каждый день отдает все свои силы детям, которые тяжело болеют. Это сотрудники выездной службы фонда «Вера», которая станет основой первого в Москве Детского хосписа – «Дома с маяком». Это координаторы, психологи, волонтеры, они на связи с подопечными круглые сутки, это главный инженер детского хосписа, делающая все, чтобы первый детский хоспис в Москве (Дом с маяком) открылся вовремя.

Каждый ребенок, которому нужна помощь — становится другом для сотрудников выездной. И вся его семья — тоже. Вместе проводятся дни рождения, подбирается лучший способ поддержки и реабилитации, вместе переживаются тяжелые моменты, когда ребенок попадает в реанимацию.

Все, кто откликается на просьбы: дарит подарки, переводит средства на ИВЛ, приезжает в гости, исполняет мечты, помогает снимать ролики и фильмы, — тоже становятся нашими друзьями.

«Если твоему другу нужен аппарат искусственной вентиляции легких, чтобы вырваться из реанимации домой — разве ты можешь ему отказать?», — так говорит Лида Мониава, которая руководит и вдохновляет детскую выездную службу фонда «Вера».

Количество наших подопечных постоянно растет. И всем нужно успеть помочь. Еще месяц назад, когда записывался ролик, под опекой выездной службы было 140 семей, а теперь — 178. И все они — уже друзья.

«Мы в такой сфере работаем, что уменьшить объем помощи семьям мы не можем. Прекратить брать под опеку новых детей мы не можем. Собирать денег столько, сколько нужно, довольно сложно», — говорит Нюта Федермессер, президент фонда «Вера».

Мы сегодня говорим всем, кто помогает нам не останавливаться: спасибо, друзья! Для вас сотрудники выездной службы сами рассказывают о своей работе.

Если вы хотите поддержать работу выездной службы, вы можете перевести средства на номер 3443 со словом «ДЕТИ» и суммой платежа, например – «ДЕТИ 300». Другие способы можно найти здесь: http://www.hospicefund.ru/help/. Также можно лично приобрести и передать выездной службе что-то из необходимого прямо сейчас: http://www.hospicefund.ru/tekushhie-nuzhdyi/.

Поделиться Твитнуть Поделиться Поделиться ПОХОЖИЕ МАТЕРИАЛЫ ПО ТЕМЕ: помощь детям, хосписы в Москве

Детский хоспис, наконец, получил собственное здание. Это — уникальная клиника. В ней есть все необходимое для помощи маленьким пациентам: лучшие врачи, самое современное оборудование, новейшие лекарства, обезболивающие препараты, волонтеры.

Но одновременно хоспис совсем не похож на больницу. Это не здание, а корабль с палубами и каютами. Здесь не просто лечат и снимают боль — живут, любят, помнят. Главное — здесь все дома — и дети, и родители.

Здесь не откладывают детство и радость на потом. На это просто нет времени. И умеют из каждого дня сделать праздник со сладкой ватой и самыми добрыми клоунами.

Сегодня у детского хосписа, наконец-то, появился свой дом. «Дом с маяком». Он словно подает сигнал всем родителям, у которых, как при шторме, земля уходит из-под ног от страха за своего ребенка. Здесь им точно будет спокойно и не больно.

«Мы должны им дать то, что у них отняла болезнь. Мы должны им дать друзей, мы должны им дать общение, мы должны им дать тусовку. Мы должны им дать отдых. И вы видите, что как бы ни были больны тяжело дети, которые сегодня здесь, у нас не возникает ощущения безнадеги, глядя на них», — отмечает Нюта Федермессер.

«Мы решили все таблички в хосписе сделать такими детскими, смешными названиями, чтобы детей не пугать. И у нас туалет называется гальюн, кухня — камбуз, палата — каюта», — рассказывает Лида Мониава.

И кажется, только что здесь появился еще и свой капитан. Каждая каюта — это уютная комната, где и днем и ночью можно будет проводить время всей семьей. Сюда пустят даже любимого пса или морскую свинку.

Его готовы бросить все сотрудники и врачи хосписа. Они научат родителей, как правильно заботиться об их детях и как не утонуть в ежедневных проблемах. А вице-премьер Татьяна Голикова сегодня пообещала, что в нашей стране вместо болезненных уколов, наконец, появятся опиодные обезболивающие специально для детей.

«Сегодня мы можем сказать, что они у вас будут. И мы сделаем все возможное для того, чтобы эти препараты были у вас без перебоев, и для того, чтобы вы точно знали, где, как это можно получить, чтобы наши детки не страдали», — сказала заместитель председателя правительства РФ по вопросам социальной политики Татьяна Голикова.

Ведь когда не больно, сразу есть настроение гонять на электроколясках по коридорам. В хосписе никто ведь не запретит. А еще здесь есть свое маленькое море.

«Мы поставим шезлонги, нальем воду. Повесим всякие штуки на стены, на потолок, чтобы это было такое морское, пляжное место», — рассказывает Лида Мониава.

«Впечатления просто супер! Очень все светло. Палаты, то есть каюты, очень яркие, не как в больнице, то есть все вообще супер-пупер, и мне очень здесь нравится», — говорит Гриша Лукаш.

Сегодня здесь родители и тех детей, кто не дождался открытия хосписа. Мамы и папы пришли, просто чтобы обнять сотрудников фонда. Ведь они были рядом в самый тяжелый момент.

На стенах хосписа картины Тани Колывановой. Этот маяк она нарисовала, когда руки ее почти не слушались. Дышал за нее огромный аппарат. Но до последнего Таня радовалась жизни и пыталась поддержать других.

«Будет очень трудно, но вы должны стараться, чтобы все было у вас отлично», — сказала Таня Колыванова.

Папа с Машей стараются изо всех сил. Он всегда желает приятного аппетита своей малышке. Хотя Маруся никогда не пробовала настоящей каши или сладостей. Она просто не может проглотить обычную пищу. Зато она точно знает, что такое любовь. Родители называют ее своим тигренком и стараются каждый день сделать особенным.

«Больше всего Маша любит купаться. Купание — это вообще наше все. В ванной, в бассейне. В этом году мы ездили на море», — рассказывает папа Маши Евгений Шелестов.

И у этой храброй девчонки действительно получилось плавать без папиной помощи. А ведь сначала врачи говорили, что Маша никогда не сможет жить за пределами реанимации. Но детский хоспис «Дом с маяком» привез все необходимые аппараты и трубки прямо в квартиру, чтобы мама и папа всегда были рядом, чтобы своя постель и любимые игрушки в руках.

Благодаря врачам выездной службы все те шесть лет, что строился хоспис, и так слабым детишкам не приходилось мотаться по больницам.

«Ну поймите, что любое медицинское учреждение — это медицинское учреждение. Вот я не люблю ходить в поликлинику, а в больницы я вообще не люблю ходить. А здесь мы приезжаем домой и смотрим, как, чем еще улучшить и помочь дома», — главный врач детского хосписа Московской области «Дом с маяком» Ольга Дьяконова.

И теперь у всех подопечных хосписа есть еще один дом — с маяком, куда приходят не умирать, а жить и быть счастливыми столько, сколько получится.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *