Алексей левчук архитектор

Небрежно порубленные листы оберточной бумаги, расцвеченные яркими пастельными фантазиями и подготовленные к вечности лаком для волос «Прелесть», — выставочный проект Алексея Левчука выглядит по-студенчески экспериментально и экспрессивно. Выполнен он традиционными, проверенными десятилетиями средствами, но разговор здесь идет о будущем. Быть может, это одно из последних рукотворных высказываний архитектора-визионера, которому предстоит работать в радикально трансформировавшемся мире.

Проект «Пангуманизм» Алексея Левчука является беглым эскизом мира будущего, глядя на который, понимаешь, насколько человек не успевает за технологиями. Левчук прорицает:

«Утопии прошлого об идеальном социуме осуществимы только с уходом от неизменной морфологии человеческого тела. Образ мысли и побуждения постчеловека радикально меняются в результате физических трансформаций, мы не можем представить их, будучи заключенными в границы неизменного тела. Возможность трансформации, появившись как технология, предсказуемо будет доступна лишь богатым, но технология эта сразу же будет похищена новыми Прометеями и станет общедоступной».

Художник сам выступает Прометеем, несущим горькое, обжигающее знание людям. Он, опираясь на идеи технологической модернизации тела, пытается уже сегодня смоделировать жизнь человека, способного усилием воли принимать форму дерева, птицы либо иной конструкции. Эта фантазия, достойная страниц комиксов или научно-фантастических романов 50-х годов ХХ столетия, запускает целый ряд актуальных вопросов бытийного характера. Например, в ситуации господства доктрины солипсизма, когда каждый человек мыслит себя как индивидуальность, замкнутые в своих телах субъекты получат вместе с измененными телами новое сознание. Но как сохранить человеческое в техногенном теле? А что, собственно, есть человеческое? А является ли это человеческое ценностью? А человек ли я вообще? Размышлять об этом гораздо важнее, чем заниматься вопросами урбанистики и превращать остановившиеся цеха заводов в цветущие сады, где наши современники под именем креативной революции валяют украшения из войлока или, сбиваясь в многотысячные толпы, слушают монотонное постукивание.

Мир Алексея Левчука кажется наивной утопией, где эстетическое равно этическому. По мысли автора, постчеловек с модернизированным скелетом ведет полурастительное существование в бесконфликтном обществе себе подобных, создает бесконечные симбиотические конструкции. По сути, он занят чисто художественными проблемами формотворчества в мире, где не существует неживой материи и все окружение является носителем человеческого гена. В подобном обществе больше не беспокоятся о бессмертии, а возможность трансформировать тело в энергию делает бессмысленной агрессию и борьбу за ресурсы. Постчеловек, занятый поиском совершенной формы, способен к размножению, и рано или поздно он заполнит собой Вселенную. По словам автора, «это единственная возможная модель космической экспансии, а не железные ракеты со слабыми смертными существами, движимыми одной лишь гордыней. Неуклонное заполнение всей Вселенной, не только тверди, но и пространства, разумной человеческой плотью оправданно назвать пангуманизмом».

УРОКИ СПб / Алексей Левчук / Санкт-Петербург

пресс-релиз:

Архитектурная деятельность в Санкт-Петербурге постсоветского периода пока что терпит фиаско как в области реального проектирования, которым занимаются соотечественники, так и в области концептуального / конкурсного, где доминируют иностранцы. Допустимо ли упрекать соотечественников в косности и недостатке профессионализма, а иностранных архитекторов в отсутствии действительного интереса к Петербургу как к площадке для демонстрации своих возможностей? Возможно ли обозначить исторический Петербург как среду, препятствующую архитектурным новациям и современной архитектуре как таковой? Или же отторжению подвергается только архитектура последних десятилетий? Каковы особенности этой среды? Плотность, соотношение общественных пространств и жилой застройки? Что представляет собой базовая единица этой среды? Если из множества существующих современных определений архитектуры выбрать в качестве действующей модели «разделение, проведение границ», от какого рода границы допустимо проводить в Петербурге?Тождественны ли «проведение границ» и «строительство стены»? Возможен ли дрейф архитектуры за пределы традиционных границ, очерченных для этого вида деятельности, обуславливающий смену инструментов подобно тому, как это произошло с современным искусством?Является ли архитектурой обозначение границы сред?

Алексей Левчук (Санкт-Петербург) – автор множества общественных и жилых интерьеров в СПб, проектов общественных и жилых зданий; В составе АМО — ОМА / Рем Колхаас / разработал проект реконструкции здания Генштаба штаба / 2003 /. Автор альтернативного проекта реконструкции Мариинского театра / 2003 /. Автор проекта градостроительной ревитализации г.Тобольска под девизом «Тобольский Парк» /совместно с Н.Токаревым/ в рамках АрхДесанта, организованного Ц:СА / Центром современной архитектуры и администрацией г.Тобольска, / 2004 /. Автор многочисленных статей о проблемах архитектуры: журналы «Проект Россия» и «Проект Балтия». Алексей Левчук – обладатель Гран-при, 1-й премии, двух 3-х премий интерьерного конкурса Москомархитектуры / Дом на Брестской / 2001-2006 /. Образование: Академия Художеств, факультет архитектуры.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *